КНИГИ ПОЧТОЙ КНИГИКОБ.РФ

Посетите наш интернет-магазин

Внимание посетителей сайта

Официальным сайтом «Курсом Правды и Единения» является сайт kpe.ru

Контактная информация

  8(906)736-94-16
  mera@kpe.ru
Информационно-аналитическая служба КПЕ
analitika@kpe.ru

 

КПЕ вКонтакте - Курсом правды и единения КПЕ Фейсбук - Курсом правды и единения КПЕ Приложение для Android

Концепция Общественной Безопасности
Текущие теоретические и аналитические работы ВП СССР смотрите на сайте

Партнеры

КПЕ Беларусь

КПЕ Вконтакте

КПЕ Вконтакте

Южная Ювента

Отправь SMS своим друзьям:
«Узнай правду! Зайди на kpe.ru
Перешли этот текст всем своим знакомым.

Подписка на рассылку

Подпишитесь на нашу рассылку, чтобы всегда быть в курсе обновлений информации на сайте.

рассылки subscribe.ru
страница рассылки


ЧТО У НАС С ИДЕОЛОГИЕЙ ГОСУДАРСТВА?

Просмотров: 309

 E-mail

Статья 13.2. «Никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной».
Конституция РФ 1993 года

В нашей листовке «Троянская конЬституция 1993» мы раскрываем суть оккупации  нашей Родины на уровне высших приоритетов (с первого по третий) обобщенных средств управления. Мы особо подчёркиваем, что изменение конституции (третий приоритет обобщенных средств управления управления) в сторону справедливого замысла издревле присущего Русской цивилизации без изменения мировоззрения большей части руководства страны, пораженной неолиберальной идеологигией, для которых паразитизм — норма жизни, невозможно. Также как и без изменения мировоззрения и миропонимания большинства граждан, страдающих этим же недугом.

Несмотря на статью Конституции, по умолчанию, государственная идеология не просто существует, но и подавляет любое инакомыслие и это — идеология неолиберализма, идеология, которую ясно характеризуют известные выражения: «я начальник — ты дурак, ты начальник — я дурак», «После нас хоть потоп», «бери от жизни всё!», «деньги делают деньги!» и т. д. И т. п.

В ответах на вопросы журналиста Ивана Вишневкого по поводу сноса памятника И.В. Сталину в Сургуте (https://youtu.be/e-Ap9h5UiR8), известных русский историк Фурсов А.И. (http://andreyfursov.ru/) даёт ответы, дополняющие информацию нашей листовки.

Журналист: В Сургуте всё-таки снесён бюст Сталину с формулировкой «за незаконную установку», но мы знаем, что незаконно была установлена доска Маннергейму в Питере, но там всё нормально. Что у нас с идеологией в государстве проясните ситуацию.

Фурсов: На первый взгляд это выглядит, как разруха в головах, когда левая рука не знает, что делает правая, но на самом деле за этим скрывается очень чёткая логика.  Хотя у нас написано, что в России нет идеологии, но де-факто  идеология есть. Ведь государственную идеологию не обязательно провозглашать. Идеология может реализовываться в конкретных экономических и политических действиях, в характере телевизионных программ, в подборе фильмов для показа и так далее. Идеология, которая у нас присутствует, это не просто идеология такого квази-либерализма. Квази-, потому что реальный либерализм умер между 1910 и 1920 и то, что сейчас называют неолиберализмом это на самом деле прикрытие ограбления верхушкой, причём не только на Западе, но и в пост-советской России, средних слоёв, которые были изничтожены и изничтожаются на западе, и низших слоёв. Причём это происходит практически открыто. И это не просто неолиберализм, это и советский либерализм. И вот здесь наша власть попадает в очень сложное положение. С одной стороны Безсмертный Полк, с одной стороны воспевание Победы, но Победу одержала социалистическая советская система в её Сталинском варианте и получается такая странная раздвоенность, шизофрения: Безсмертный Полк есть, а Сталина нет.

Дальше по логике этого странного раздвоения получается: Маннергейм, который командовал войсками, воевавшими на стороне Гитлера, ему власти ставят мемориальную доску, причём сейчас никто не признаётся, кто поставил эту доску, все открещиваются. Тем не менее, доска не убирается. А Сталин, которому бюст поставлен совершенно законно, убирается. По аналогии можно привести историю с памятником Ивану Грозному в Орле. Там вообще всё законно, местная власть там поставила и какой же поднялся вой! Иван Грозный — это основатель Московского царства, основатель самодержавия, той русской власти, которая худо-бедно просуществовала до сих пор. Ему памятник не положен. То есть Сталин и Грозный — это две фигуры, которые истеблишмент просто не переносит принципиально.  Понятно почему и за что Сталин и Грозный угодили в опалу, а вот Пётр Первый — нет. Хотя при Петре Первом население страны сократилось на 25% (не все погибли, кто-то разбежался). Пётр Первый давал своему окружению, тогдашним олигархам, возможность совершенно спокойно воровать. Он ничего с этим не мог поделать и закрывал на это глаза. Иван Грозный и Сталин - Иосиф Грозный воровать не позволяли. Сталин и Грозный воплощали каждый, с одной стороны, Грозный - это народное самодержавие при том,  что народ испытывал тяготы и т. д., а Сталин — это народный социализм. Персонификаторы народного самодержавия и народного социализма не угодны такой системе, где 1% населения миллионеры контролируют 62% национального богатства, где децильный коэффициент (отношение совокупного дохода 10% богатейшего населения к совокупному доходу 10% беднейшего населения) официально составляет 10, а неофициально от 25 до 40, то есть вопиющее социальное неравенство.

Сталин и Грозный — это символы системы, которая стремилась к социальному равенству. Особенно у Сталина это проявлялось. Сталин — это укор тому устройству, которое существует после 1991 года. И кроме того, Сталин — это укор вдвойне, потому, что Сталин был лидером социально-справедливой системы, сколь бы жестокой она не была, но она была жестокой ко всем слоям без исключения. И вторая вещь — Сталинская система — это сплошные успехи, это индустриализация, это победа в войне, атомное оружие. Это тот фундамент, на котором мы до сих пор живём, благодаря которому никакие заокеанские супостаты ничего с нами сделать не могут.

Здесь очень интересное противоречие. С точки зрения классовой Сталин нынешней системе не приемлем, а сточки зрения такой национально-государственной  Победа, индустриальный срой — это всё годится. Наша власть вынуждена делать такие прыжки и ужимки, но они получаются очень плохо и лишний раз свидетельствуют и о её непоследовательности и о том, что нет цельной концепции будущего.

Журналист. У меня были хорошие товарищеские отношения со скульптором Вячеславом Михайловичем Клыковым и он сделал памятник ещё одному великому человеку, который спас более 1000 лет назад не только саму тогдашнюю Русь, но и возможность нашего с вами существования. Это победитель хазар Святослав Великий или, как его ещё называют, Святослав Храбрый. И я принимал участие во всём процессе тех мытарств,  с которыми Вячеслав Михайлович пытался установить памятник. Вы знаете, что было отрадно? Всюду были отказы. Во всех местах, где Святослав Великий действовал, сражался, управлял, получил отказ, как и в столицах, но нашёлся губернатор, губернатор Белгородской области Савченко Е.С., и теперь памятник Святославу стоит в городе, украшает его, свадьбы к нему ходят поклониться перед бракосочетание. Та же самая история сейчас в Орле. Губернатор Орловской области Вадим Потомский пошёл против, как я понимаю, государственного какого-то заказа на уничтожения исторической памяти об Иване Грозном. Почему я говорю государственного заказа? Потому, что не так давно в Российской Газете появилась огромная очерняющая Ивана Васильевича Рюриковича статья. И тем не менее, мы уже знаем, что есть такие как Потомский и Савченко. Сюда же можно добавить и ещё одну фамилию. Это Михайлов А.Н.,  губернатор Курской области, потому что памятник величайшему композитору ХХ века Георгию Васильевичу Свиридову тоже не мог быть установлен в столице. Эта идея получила полный даже не отказ, а отлуп, и тем не менее Михайлов замечательный памятник установил у себя в вотчине в Курске. Можем ли мы говорить, таким образом, что центральная власть это нечто одно, как говорил классик, а ряд честных русских губернаторов это что-то другое?

Фурсов. Я не думаю, что это позиция центральной русской власти. Такие вещи решаются в Администрации Президента. И достаточно нескольким чиновникам в Администрации Президента и не обязательно самым главным принять решение... В России, как правило, многие вещи решаются на среднем уровне. Здесь нужно просто выяснять кто принял решение. Как говорил Каганович (Каканович Лазарь Моисеевич близкий сподвижник Сталина, министр промышленности и строительных материалов СССР 1955-1956, член президиума ЦК КПСС 1952-1957), у каждой аварии имеется  имя, фамилия и  отчество. Нужно это обнародовать и нужно жаловаться на них вышестоящему начальству. При том что это может не привести к результату, но делать это нужно. Нужно подставлять этих людей под систему.

Сам факт, что нет памятника Свиридову... Я не знаю есть ли где-то доска памятная...

Журналист. Это тоже запрещено...

Фурсов.  На одном из домов на Тверской есть мемориальная доска с мини-бюстом Георгия Горина. Можно подумать, что Георгия Горина можно сопоставить со Свиридовым по вкладу   в мировую культуру! Тем не менее у Горина есть такая доска, а у Свиридова — нет.

Журналист. И вот здесь вот возникает  подозрение... Дело в том, что Свиридов — один из символов русскости, так же как Святослав Великий, Иван Грозный, Иосиф Сталин, в широком смысле слова тоже символы русскости. Не работает ли какая русофобская группа?

Фурсов. Такого исключить нельзя, потому что здесь слишком много совпадений чтобы всё объяснять некой случайностью. Я уверен, что это решение не с самого верха. Для самого верха — это не проблема. Градоначальник Москвы безусловно несёт ответственность за своё решение и понятна совершенно его позиция.

Здесь продолжается некая традиция, которая имела место быть в советское время. Кого больше всего боялась советская власть и кого больше всего преследовал КГБ в советское время? Не диссидентов либералов-западников. Они получали вполне небольшие срока, как говорят, или их высылали, или с ними обходились профилактическими беседами. Удары наносились жестоко, с одной стороны, по тем, кого Андропов называл русистами, то есть русским националистам, а с другой стороны, это были те люди, которые пытались творчески развивать марксизм, левые идеи, причём это были  технократические люди. КГБ, собственно, защищал площадку диссидентского антисистемного движения таким образом, чтобы на ней остались диссиденты, такие ультра-тупые западники-либералы, которые смотрели в сторону Запада, а  русские патриоты националисты-государственники с одной стороны и левые уничтожались, от них эта площадка полностью вырубалась.

Поэтому когда систему стали разрушать, возник союз либеральной фракции КГБ и диссидентов-западников, которых и использовали как фасад  этого процесса. И поскольку разрушение СССР произошло именно таким образом, то что мы имеем сейчас это та нить, которая тянется из прошлого. Хотя, безусловно, дальнейшее усиление нашей конфронтации с Западом должно поставить перед властью очень жесткий вопрос: «С кем вы мастера, но уже культуры, а мастера власти? Вы с русской национальной традицией или со всей это требухой-чепухой?»

Меня удивляет, например, что наш МИД обратился в ЮНЕСКО с тем чтобы провозгласить 2018 год годом Солженицина, человека, который сыграл огромную идейную роль в разрушении Союза, который фактически работал на Запад. И этот человек, весьма средний писатель, это человек 2018 года?! Это тоже странная раздвоенность... Или, с одной стороны, мы сейчас говорим о том, что в 90-ые годы мы шли на поводу Запада и очень многое растеряли... А кто же был в 90-ые годы Президентом РФ? Ельцин! И Ельцину не только открыт Ельцин-центр в Екатеринбурге, но и филиал Ельцин-центра создаётся в Москве. Эти вещи как-то не вяжутся. Рано или поздно ситуация в стране и в мире должна поставить перед нашей властью очень жесткий вопрос:
кто враг в нашей истории, а кто друг, кто гений, а кто мерзавец.

Журналист. Последнее, что хотел я спросить: всё-таки мы видим и народные инициативы  по поддержке мемориальных сооружений и Ивану Грозному и Сталину и видим всё-таки тройку губернаторов, которые не боятся идти против негласной, видимо, но всё же установки, идущей из столицы. Как вам кажется, на ваших глазах вот эта сила, которая представлена этими губернаторами и мыслящей частью народа, патриотическая сила, эта сила крепнет,  или это арьергардные бои?

Фурсов. Нет. Это не арьергардные бои. Эта сила крепнет. Потому, что её подпитывают два процесса: внутри страны рост социального неравенства, социальной несправедливости и нарастания  экономических проблем, которые заставляют смотреть на советское прошлое, причём и молодое поколение, как если не на идеал, то как на нечто лучшее чем то, что есть сейчас. А с другой стороны, это конфронтация с Западом. Причём сейчас она не носит социально-экономического характера, как в советское время. Это не противостояние двух систем, двух идеологий. В таком противостоянии власть может рассчитывать только на патриотические слои, а следовательно нужен патриотический пантеон. Если власть этого не сделает, то я не представляю как власть может вести с Западом ту игру, которую ведёт Россия в последние 2-3 года.

Впечатление такое, что внешней политикой рулят одни люди, а внутренней совсем другие. Но на двух стульях усидеть невозможно. На двух стульях пытался усидеть Николай Второй, но мы знаем чем это закончилось. Ну и печальной памяти Горбачёв. Сидение на двух стульях в политике заканчивается очень очень плохо. Можно упасть и не только отшить себе зад, но и голову потерять.

Подготовлено активом Нижнетагильского МО КПЕ

Листовка  пикета


Поиск по сайту