# Эхо глобальных разборок

Эхо глобальных разборок

17.01.13 18:00

СКАЧАТЬ:   WORD (153 кБ);   PDF (204 кБ);


«Должен остаться только один!» Из фильма «Горец» «Провидение не алгебра...» А.С. Пушкин

В конце июля 2012 года в западных СМИ прошла информация о многочисленных арестах банкиров, трейдеров и брокеров. И был даже приведён список арестованных лиц. О причинах арестов СМИ ничего конкретного не сообщали, ограничившись лишь констатацией случившегося факта. Приблизительно в тоже время стала появляться информация о раскрытии в ходе следствия серии мошеннических действий связанных со ставкой LIBOR (London Interbank Offered Rate – лондонская межбанковская ставка предложения – основная ставка межбанковского кредитования). Согласно информации, размещённой в Википедии:

ЛИБОР представляет собой среднюю процентную ставку, которую расчитывает Британская банковская ассоциация на основе информации предоставленной крупными финансовыми организациями. Скандал возник, когда выяснилось, что банки показывают искусственно завышенные или заниженные ставки, чтобы повысить прибыль со сделок или создать впечатление, что они более кредитоспособные, чем являются на самом деле[1]. ЛИБОР лежит в основе деривативов общей суммой примерно в 350 триллионов долларов, её показатели влияют на общий уровень кредитных ставок по всему миру[2].

Первые подозрения о влиянии банков на ставку ЛИБОР возникли в 2008 году, было начато расследование. По мнению аналитиков таким образом организации могли скрывать свои проблемы с финансированием, что способствовало развитию финансового кризиса 2008 года. По итогам этого расследования председатель совета директоров банка Маркус Эйджиус и гендиректор Боб Даймонд подали в отставку. После этого проверить финорганизации на манипулирование кредитными ставками решили власти США. Расследование началось в марте 2011 года, его начали Комиссия по ценным бумагам и биржам (SEC) США и министерство юстиции США. Следователи начали проверку банков UBS, Citigroup и Bank of America, затем следствие занялось финансовыми организациями Barclays, Royal Bank of Scotland, J.P.Morgan Chase и Deutsche Bank [3]. Генеральный прокурор штата Нью-Йорк Эрик Шнайдермэн (Eric Schneiderman) совместно со своим коллегой из Коннектикута Джорджем Джепсеном (George Jepsen) в августе-сентябре 2012 года направили повестки швейцарскому Credit Suisse, британскому Lloyds Banking Group, американскому Bank of America, японским Bank of Tokyo Mitsubishi и Norinchukin Bank, голландскому Rabobank Groep, канадскому Royal Bank of Canada, французскому Societe Generale и немецкому WestLB. Через четыре месяца в расследовании стали принимать участие также Великобритания, Япония и Евросоюз, а в феврале 2012 года — власти Швейцарии. В конце июня 2012 г. следствием были доказаны манипуляции со ставками LIBOR и EURIBOR одним из ведущих британских банков Barclays. В результате скандала, Barclays был оштрафован на сумму 400 миллионов евро, а его генеральный директор Боб Даймонд "добровольно" подал в отставку. Следствием было установлено, что руководство Barclays манипулировало ставками LIBOR и EURIBOR в течение четырёх лет с 2005 по 2009 год. В ходе следствия представители Barclays дали показания, о том что Банк Англии был осведомлён о происходящем и одобрял их действия[4]. С 27 июня – дня урегулирования спора банка с финансовыми властями – акции Barclays подешевели на 17%. В сентябре 2012 года, во Франции была подана жалоба на банк Societe Generale. А в декабре 2012 года крупному штрафу подвергся швейцарский банк UBS, на сумму более миллиарда евро [5] и был поставлен вопрос об уголовном преследовании лиц, занимающихся махинациями с ключевыми кредитными ставками[6]. Ниже в приложении мы приведём статью о махинациях банка Barclays со ставкой LIBOR «Махинации банка Barclays: анатомия скандала». Статья была опубликована в "элитном" журнале «Форбс». Она содержит богатую фактологию. Внимательно познакомившись с ней, у читателя может возникнуть мысль, что принцип действия межбанковской ставки LIBOR очень напоминает золотой фиксинг, или «фиксинг Ротшильдов». Напомним, что:

Золотой фиксинг (англ. Gold Fixing) — метод ежедневного установления цены на золото, которая устанавливается дважды в день: в 10:30 (утренний фиксинг) и в 15:00 (вечерний фиксинг) по местному времени компанией London Gold Market Fixing Limited (Лондонская Ассоциация Рынка Слитков, или ЛБМА). Цена на золото, являющаяся результатом Лондонского золотого фиксинга, является практически мировой ценой на поставку данного физического металла и используется в качестве ориентира в подавляющем большинстве контрактов на поставку физического золота.

Эта организация управляется советом из пяти членов с решающим правом голоса, которые и решают официальную цену золота каждый день:

·    Scotia-Mocatta — раньше называлась Мокатта и Голдсмид (изначальные основатели ЛБМА). ·    Barclays Capital — занимает место Н.М. Ротшильда и Сыновей, которые якобы добровольно отказались от участия в ЛБМА (изначальные основатели ЛБМА). ·    Deutsche Bank — которому принадлежит Шарпс Вилкинс (изначальные основатели ЛБМА), купившее в своё время Пиксли Абелл (изначальные основатели ЛБМА). ·    HSBC — которому принадлежит Самуэль Монтагу и Ко. (изначальные основатели ЛБМА). ·    Société Générale — заместило Джонсон Маттхей и Банк Швейцарский Кредит.

Первоначально участники золотого фиксинга общались и устанавливали цену по телефону, но затем стали регулярно собираться в офисе компании Ротшильдов. Начиная с 2004 года фиксинг проводится с использованием телекоммуникационной конференц-системы. В последующие годы в составе «золотой пятёрки» членов-участников фиксинга произошли изменения. Финансовая группа Ротшильдов вышла из торговли золотом и соответственно золотого фиксинга, и с 2004 года её место занял банк Барклайз Капитал. Место компании «Мокатта энд Голдсмит» заняла компания Scotia-Mocatta, являющаяся преемником компании Мокатта и частью банка «Bank of Nova Scotia». Место «Пиксли энд Абель» занял Дойче Банк — владелец компании Sharps Pixley, которая в своё время образовалась путём слияния Pixley & Abell и Sharps Wilkins. Место Сэмюэл Монтегю & Со занял банк HSBС, который является собственником этой компании в настоящее время. И ещё один крупнейший транснациональный банк Société Générale занял пятое место в группе компаний, занимающихся золотым фиксингом. Однако выйдя из торговли золотом в 2004 году, клан-группа Ротшильдов как оказывается, контроль над золотым фиксингом не потеряла. Дело в том, что все перечисленные банки, участвующие в фиксинге золота, принадлежат клановой группе Ротшильдов, а банки на которых "шьют дело" в разных долях и Ротшильдам, и Рокфеллерам. Подробнее об этом изложено в материале доктора политических наук, действительного члена Академии геополитических проблем В. Павленко «Большая игра Ротшильдов и Рокфеллеров - 2», которую мы рекомендуем к прочтению.

Ниже приведём часть этой статьи.

1) «BarclaysCapital» — одна из крупнейших в мире банковских групп с многовековой историей, тесно связанная прежде всего с Ротшильдами. Но не только. Именно в недрах этого глобального банка похоронена история компании «Kuhn, Loeb & Co» (Я.Шифф – П.Варбург), печально известной участием в революционных событиях 1917 года в России, а также в создании Федеральной резервной системы (ФРС) США, ставшей продуктом тесного партнерства Ротшильдов с Рокфеллерами. В 1977 году «Kuhn, Loeb & Co» была поглощена глобальным инвестиционным банком «LehmanBrothers», который на протяжении своей более чем столетней истории имел тесные связи как с ротшильдовской «Goldman & Sachs» (известной на Уолл-стрите прозвищем «Фирма»), так и с военно-промышленной компанией «Halliburton». А она связана с обоими кланами через нефтяные компании «Shell Oil», «Texaco», «UNOCAL» (до 1983 г. – «Union Oil»), «Caltex» и «Chevron» (до 1984 г. – «Standard Oil of California» или «Socal»). Отметился «Lehman Brothers» и финансированием первого оружия информационной войны против СССР – «Radio Corporation of America» («RCA»). Концы «Kuhn, Loeb & Co» были окончательно «спрятаны в воду» последовавшим в 2008 году, уже во времена нынешнего кризиса, банкротством «Lehman Brothers», американские активы которого были выкуплены именно банком «Barclays». По сведениям информационного агентства «Reuters», инвестиционные ресурсы (в размере 7 млрд. фунтов стерлингов), которые могли быть использованы для осуществления этой сделки, были выделены британским правительством. «Barclays», по сути, выполняет подставную роль, замещая выведенную после 2004 года из «пятерки» компанию «N.M. Rothshild & Sons» и обеспечивая сохранение влияния Ротшильдов на формирование цены золота. (Эта «ротация», как представляется, объяснялась переходом внутриклановой власти в руки предводителя французской ветви – Давида де Ротшильда, решившего скорректировать групповую стратегию и, главное, «поставить на место» британских родственников, замкнув фиксинги на себя). 2) HSBC – ещё один крупнейший на сегодня глобальный банк, связанный с Ротшильдами и взросший усилиями их теснейших партнёров по бизнесу и политике из транснациональной корпорации «JardineMathesonHoldings» («JM») на руинах Опиумных войн XIX века в Китае. Источником роста, естественно, были доходы от наркотрафика, ради непрерывности которого эти позорные колониальные войны, собственно, и затевались. Новоявленным «конкистадорам» из Туманного Альбиона (любящим рядиться в тогу поборников «демократии» и «прав человека»), потребовался на китайском побережье свой банк, который смог бы обеспечить сохранность награбленного в Поднебесной. Сегодня группу «JM» возглавляют братья Кезвики, которые, по сведению ряда источников, весьма существенно влияют на политику Банка Англии. Вместе с «Goldman & Sachs», «JM», владеющая 20% бизнеса Ротшильдов, составляет костяк ротшильдовских активов в США. 3) Royal Bank of Scotland (RBS) – глобальный банк, полностью оправдывающий своё «королевское» название тем, что более 80% его акций принадлежит британскому минфину, то есть «правительству Её Величества». Отметим также, что «Barclays» и RBS являются ключевыми участниками контролируемой Ротшильдами группы «Интер-Альфа» («Inter-Alpha Group of Banks»), представляющей собой накинутую на Европу глобально-олигархическую сеть. Расширившись с момента своего создания как бы случайно именно в 1971 году (в год отказа США от золотого покрытия доллара) с шести до одиннадцати банков, это объединение составом участников тесно пересекается с Круглым столом Европейского финансового обслуживания («European Financial Services Roundtable» [EFSR]). А в его списке находятся практически все европейские фигуранты «прокурорского» скандала в США (за исключением HSBC, основные интересы которого сосредоточены за пределами Европы). Участие в «Inter-Alpha» Национального банка Греции проливает свет на истоки переживаемого этой страной кризиса (немаловажно, что формирование финансовой политики Афин на протяжении длительного времени осуществлялось с помощью консультаций от той же «Goldman & Sachs»). Членство же в группе испанского глобального банка «Santander» указывает на финансовую «ось» взаимодействия Ротшильдов с третьим глобальным кланом – Ватиканом, который с помощью ордена «OpusDei» — католического по форме, но секулярного по содержанию, хотя и наделённого статусом личной прелатуры Святого престола, поддерживает контакты и с Рокфеллерами. (Жена главы семейства и группы Эмилио Ботина Палома О’Шеа является иерархом этого ордена, а дочь Анна Патрисия, которую прочат в преемницы отцу, начинала карьеру в «JPMorganChase»). «Santander» держит под контролем Банк Ватикана, официальное название которого – «Институт по делам религий» (ИДР), а статус – дикастерия (ведомство) Римской курии — правительства Ватикана. Через ИДР «Santander» владеет крупными пакетами акций ротшильдовских и рокфеллеровских компаний — «RoyalDutchShell», «GeneralMotors», «GeneralElectric», а также совместно с входящим в EFSR «Banco Bilbao Vizcaya Argentaria», фактически монополизирует банковскую систему Испании. Случайно ли, что наиболее проблемными странами еврозоны, наряду с Грецией, являются сегодня именно Испания и Италия (премьер-министр которой М.Монти пришёл на эту должность с поста европейского директора Трехсторонней комиссии)? В России, как и в других странах, группа «Santander» известна активным участием в спонсировании программ грантов в ключевых университетах (прежде всего в Высшей школе экономики). Таким образом, с её помощью не только навязываются западные стандарты образования, но и обеспечивается воспроизводство в экономической науке и управлении экономикой прозападных либеральных кадров – своеобразных «Иванов, не помнящих родства». 4) «Citigroup» — международный финансовый конгломерат со штаб-квартирой в Нью-Йорке – является наследником Первого городского банка Нью-Йорка («FirstNationalCityBankofNew-York»), который, как и «Kuhn, Loeb & Co», принял участие в создании ФРС. С 2002 по 2005 годы вице-президентом «Citigroup» работал действующий глава Банка Израиля С.Фишер, получивший известность ещё и тем, что в конце 1970-х годов осуществлял научное руководство диссертацией нынешнего председателя Совета управляющих ФРС Б.Бернанке в Массачусетском технологическом институте (МТИ) – «вотчине» и «alma-mater» Римского клуба. Именно под крышей МТИ была создана группа Форрестера — Медоуза, разработавшая ряд моделей управляемого глобального развития и подготовившая первый доклад Римскому клубу «Пределы роста» (1972 г.). Сегодня в совет директоров «Citigroup» входит Джудит Родин – президент Фонда Рокфеллера, почётный попечитель Института Брукингса, связанного опять-таки с «Goldman & Sachs» и Корпорацией Карнеги, «приютившей» штаб-квартиры Совета по международным отношениям (СМО), Бильдербергского клуба и Трёхсторонней комиссии, к созданию которых крепко приложил руку Дэвид Рокфеллер. Сведения о «Citigroup» будут неполными без упоминания об её участии в организации международных IPO крупнейших российских компаний — «Роснефти», ВТБ и «Северстали». (Случайно ли, что после этого олигарх Мордашов получил приглашение к участию в одной из ежегодных Бильдербергских конференций?). 5) Банк «JP Morgan Chase», объединивший банковские империи Рокфеллеров («Chase Manhattan Bank») и Морганов («JPMorgan & Co») – не только рокфеллеровская вотчина, но и инструмент коммуникации двух глобальных кланов. Дж. П. Морган состоял в родстве с братьями Рокфеллерами и приходился потомком первому в истории министру финансов США А.Гамильтону. В борьбе за интересы Ротшильдов с одним из «отцов-основателей» страны, третьим президентом Т.Джефферсоном, Гамильтон добивался создания частного центробанка, «обладающего особым доступом к общественным фондам, с законным полномочием создавать деньги из ничего и ссужать их под проценты правительству». То есть отстаивал подчинение государства частно-олигархическим интересам. Сегодня, как уже отмечалось в первой части статьи, эти идеи воплощены в жизнь на глобальном уровне, ибо положены в основу деятельности базельского Банка международных расчётов (БМР), который управляет «независимыми» от своих стран, правительств и граждан центробанками с помощью механизма «currencyboard» («валютного совета»). С появлением в 1974 году в БМР Комитета по банковскому надзору, контроль над этим институтом, созданным Рокфеллерами для финансирования гитлеровской Германии и составляющим сегодня один из краеугольных камней мировой финансовой системы, перешёл к Ротшильдам. Поэтому попытки окончательно узаконить глобальное финансовое управление путём официальной передачи функций «глобального центробанка» Международному валютному фонду (МВФ) натолкнулись на «дело Стросс-кана». До сих пор непонятно, является ли оно продуктом «интеграционных» разборок между французской и британской ветвями самих Ротшильдов или продолжением борьбы Рокфеллеров за управление таким «центробанком» (аргументы имеются в пользу каждого из этих предположений, хотя автор склоняется к первому варианту). 6) Богатая история следующего персонажа «прокурорского» скандала — «DeutscheBank» — включает ряд характерных штрихов. Например, участие в создании в канун Первой мировой войны совместно с ротшильдовской «Shell» Турецкой нефтяной компании («TurkishOilCompany»), которая впоследствии, вобрав в себя «GulfOil» (тесно связанную с Э.Меллоном — неизменным главой минфина США в трёх республиканских, то есть связанных с Рокфеллерами, администрациях 1920-х гг.) и преобразовавшись в Иракскую нефтяную компанию («IraqOilCompany»), послужила плацдармом для британской, а затем и американской нефтяной экспансии на Аравийский полуостров и в зону Персидского залива. «DeutscheBank» базируется в родном для Ротшильдов Франкфурте-на-Майне — по соседству с Европейским центробанком (ЕЦБ).

Приведём ещё несколько фактов, дополняющих общую картину. «Лента ру» приводит такой факт: Глава Банка Англии Мервин Кинг предложил отменить ставку ЛИБОР, так как она перестала нормально работать. Эксперт В. Павленко считает, что это заявление стало реакцией на высказывание уволенного гендиректора банка «Barclays» Б. Даймонда, который обвинил в причастности к махинациям Банк Англии, который официально находился под контролем Ротшильдов с 1815 по 1946 годы, а сегодня контролируется ими неофициально, тем самым Б.Даймонд выдал самую страшную тайну глобальной финансовой мафии. Кстати увольнение Даймонда стало самым освещаемым в СМИ, но "одним из" многочисленных увольнений банкиров в 2012 году. А, «Вести Финанс» сообщили об операции Ротшильдов, которую можно охарактеризовать, как "прикрытие": «Британская финансовая группа Barclays PLC обратилась в одну из крупнейших в мире независимых организаций по предоставлению консультативных услуг в сфере финансов – компанию Rothschild с просьбой оценить состояние собственного бизнеса с точки зрения стоимости, и уровня профессионального опыта». Из всего вышеизложенного следует, что интересы кланово-мафиозной группы Ротшильдов тесно переплетены с интересами группы Рокфеллеров и другими группами. Сегодня, когда процесс глобализации практически завершён, иначе и быть не может. Однако очевидно, что совпадение интересов это явление временное, поскольку дальше двигаясь тем же "стáдом" завершить глобализацию не удастся. Не поможет даже так называемое "объединение" кланов, о котором трубили СМИ в 2012 году.

"Должен остаться только один!". Возникает вопрос: «Кто останется?» Чтобы ответить на него, следует вспомнить о том, что все эти глобальные мафиозные кланы – периферия ГП, согласно КОБ являются средством осуществления глобальной политики 4-го и 3-го приоритетов ОСУ. Инструментом осуществления библейской, сатанинской концепции управления «разделяй, стравливай и властвуй!». Однако по объективному действию «Закона Времени» библейский замысел жизнеустройства терпит крах, "пирамида" рушится. Взамен ему реализуется Божеский, замысел (концепция) справедливого жизнеустройства – «Соединяй! Созидай! Здравствуй!». Концепция справедливого жизнеустройства существовала всегда, но в 20-м веке обрела чёткие лексические формы в КОБ. Поэтому будущее человечества в глобализации связано не с «Ветхим заветом» и «вечно живущим горцем Маклаудом», а со справедливостью, высокой нравственностью, и праведностью. В ЕДИНЕНИИ всех народов планеты Земля, объединённых Святой Соборной Справедливой Россией!

ИАС КПЕ

ПРИЛОЖЕНИЕ:

Махинации банка Barclays: анатомия скандала

Система координат финансового рынка потеряла ещё один эталон. Под ударом один из основных бенчмарков — ставка LIBOR Глобальный банк Barclays был уличен в многочисленных попытках манипулирования лондонской межбанковской ставкой LIBOR и ставкой EURIBOR. В качестве санкций банк выплатит рекордные $454 млн штрафа (почти 5% от $9,2 млрд прибыли за 2011 год). На этой новости акции Barclays упали на 15,5%, банк за один день потерял $4,7 млрд капитализации. Начались громкие увольнения. Скандал только набирает обороты. Это итоги четырехлетнего расследования британского финансового регулятора FSA (Financial Services Authority) и американской CFTC (Commodity Futures and Trading Commission). Им удалось доказать, что трейдеры Barclays и других банков с января 2005 года по май 2009 года просили коллег, отвечавших за расчет ставок внутри банка, повысить или понизить те из них, на основе которых в дальнейшем определяется LIBOR в долларах и иене и EURIBOR (в евро). Электронная переписка сотрудников банка доказывает, по крайней мере, 257 таких случаев, причем 31 просьба пришла в Barclays из других банков. Благодаря манипулированию ставками торговое подразделение зарабатывало деньги на операциях с производными инструментами, а в кризис 2008 года маскировало проблемы банка с ликвидностью. LIBOR и EURIBOR — индикативные процентные ставки, по которым крупнейшие банки кредитуют друг друга на срок от одного дня (overnight) до одного года. Ставки LIBOR рассчитываются в десяти разных валютах для пятнадцати сроков погашения. В расчете каждой из 150 ставок принимает участие от 8 до 16 банков, выбранных регуляторами British Bankers' Association (BBA) и Foreign Exchange and Money Markets Committee (FX&MMC). Критерии выбора — масштаб бизнеса и репутация банка, а также опыт работы банка c конкретной валютой. Любая из ставок LIBOR является бенчмарком — эталонной ставкой. По сути, она показывает актуальную степень доверия банков (по определению наиболее качественных заемщиков) друг к другу. Принято считать, что динамика трехмесячной ставки LIBOR (в британских фунтах) отражает ожидания рынка относительно того, как изменится базовая ставки Банка Англии через три месяца. К LIBOR напрямую привязаны ставки по кредитам для крупных корпоративных клиентов и небольшая часть ипотечных займов. Влияние ставки на оставшиеся виды ипотечных займов и потребительские кредиты не прямое, но значимое. Изменения LIBOR влияют и на уровень сбережения. Если межбанковские кредиты дешевы, банкам нет смысла привлекать средства населения на депозиты. А значит, налогоплательщики получают отрицательные реальные ставки по депозитам и лишаются стимула сберегать. Западные налогоплательщики возмущены и требуют линчевать топ-менеджмент глобальных банков — «жирных котов, которые вызвали финансовый кризис». Да, им обидно узнать, что процентная ставка по ипотеке, оказывается, зависит не только от макроэкономической ситуации (как им говорят), но и от действий 14 любящих риск талантливых парней в дорогих костюмах, которые, по данным FSA, принимали участие в махинациях. Банк Barclays принимает участие в расчете LIBOR в десяти валютах и расчете EURIBOR. Каждый рабочий день в 11 утра по лондонскому времени 16 банков вводят в терминал Thomson Reuters ставки, по которым они готовы предоставлять кредиты. Затем исключаются пять наибольших и пять наименьших заявок (до февраля 2011 года исключали по 4 заявки), а среднее значение по оставшимся заявкам становится публикуемой от имени BBA ставкой LIBOR. Могли ли заявки одного только банка Barclays исказить среднюю ставку? Разумеется, нет. Впрочем, регуляторы не скрывают, что речь идет о согласованных действиях примерно 20 банков по обе стороны океана. Западные СМИ упоминают HSBC, UBS, Royal Bank of Scotland, Lloyds и Citigroup. Обвинение Barclays стало первым и показательным примером. Вероятно, просто потому что для случая Barclays нашлось больше всего доказательств. Трейдеры Barclays и других банков, разумеется, и не думали залезать в карманы добросовестных европейских граждан. Всё дело в том, что на LIBOR завязаны производные инструменты на процентную ставку. Это контракты, в которых базовым активом выступает право предоставить или занять номинальную сумму по определенной ставке процента. Наиболее широко используются два типа деривативов: простой процентный своп (внебиржевой рынок, over-the-counter, OTC) и фьючерс на процентную ставку (биржевой рынок). Свопы позволяют играть на разнице фиксированной и плавающей ставки, в основе которой лежит LIBOR. Трейдеры создают стратегии, ориентированные, например, на сужение или расширение спреда между контрактами с разным сроком жизни (3 месяца и 6 месяцев). Минимальное (на один базисный пункт, 0,01%) искажение LIBOR никак не повлияет на ставку по вашей ипотеке. А вот для торгового департамента такое изменение стоит дорого — стандартная торговая позиция меняется на $2 млн. Этот стимул объясняет желание трейдеров влиять на LIBOR для получения прибыли или уменьшения убытков. В ноябре 2011 года Bank for International Settlement оценил общий объем рынка внебиржевых процентных деривативов в $554 трлн. По данным NYSE LIFFE, общий объём краткосрочных биржевых контрактов на процентные ставки составляет $581 трлн. Эти цифры на порядок превосходят мировой ВВП ($62 трлн.). Попытки изменения LIBOR стали систематическими во время финансового кризиса 2008 года. В этом случае мотивы были другими. Как известно, среднее значение LIBOR является индикатором спроса на ликвидность в банковской системе, а утренняя заявка отражает спрос на деньги конкретного банка. Деловые СМИ тогда заметили, что заявки Barclays часто находятся выше средней и предположили, что у банка серьёзные проблемы. Так впоследствии и оказалось: в конце октября 2008 года Barclays выручил $12,1 млрд. от продажи 31,8% своих акций арабским инвесторам. Занижая LIBOR, Barclays действовал правильно. Разумеется, не с моральной точки зрения. А что ещё оставалось делать в такой ситуации? Менеджмент Barclays подозревал, что остальные глобальные банки занижают заявки для маскировки собственных проблем. Более того, точно так же рассуждал каждый из 16 банков. Двигаться против ветра в такой ситуации было бы глупо, тем более неформальный сговор был устойчивым и выгодным.   Реальная ставка LIBOR была в 2-3 раза выше официальной, признался трейдер Barclays в анонимном интервью The Telegraph. Об этом знали ключевые корпоративные клиенты Barclays, ситуацию им объяснял менеджмент на неформальных встречах. Так же сомнительно, что действия банков были тайной для регуляторов. Они просто не мешали желанию центральных банков накачать финансовую систему ликвидностью любым способом. В условиях снижающейся ставки LIBOR понижение базовых ставок выглядит естественной, а не панической реакцией. После кризиса мы наблюдаем, как важнейшие финансовые институты непоправимо теряют свою репутацию. Уже понятно, что репутационные потери, связанные с манипулированием LIBOR будут грандиозными. На этом фоне недавний рассказ бывшего менеджера Goldman Sachs о внутренней кухне инвестбанка и отношении к клиентам, которых сотрудники называют «маппетами», выглядит забавой. Сравнимой по масштабу является история с крахом в результате финансового кризиса 2008 года системы других финансовых ориентиров — рейтингов рейтинговых агентств. Сейчас испорчена не только репутация Barclays, под угрозой репутация лондонского Сити, как мирового финансового центра, а значит, удар может быть нанесён и по ВВП Великобритании, в который он вносит до 20%. Наивно полагать, что в инвестиционных банках работают люди с твердыми принципами и высокой моралью. В очередной раз обнаружилось, что саморегулирование в сложных финансах приводит к неприятным искажениям. Но это тот случай, когда сами искажения наносят меньше вреда, чем скандал, последовавший за разоблачениями. Сегодня очередные политики критикуют банки, зарабатывая личный рейтинг. Но на примере еврозоны мы видим, что политики не могут обеспечить выход из кризиса. Они забывают, что их любимый финансовый инструмент — печатный станок — не поможет, если не будет работать банковская система, если сломан механизм LIBOR — самой первой ставки, которая, по сути, запускает обращение денег в финансовой системе.