Сайт kpe.ru является самостоятельным образовательным ресурсом поддержки Концепции общественной безопасности, и не связан с какой-либо общественной организацией
Если ты уже знаком с КОБ,
то делай пять дел…
Подпишитесь на нашу рассылку, чтобы всегда быть в курсе обновлений информации на сайте.
рассылки
08.08.2013 16:25
СКАЧАТЬ:
PDF (325 кб),
WORD (91 кб),
ODT (39 кб)
Здравствуйте, соратники!
Хочу поделиться вестями с полей сражений за Отечественную Академию Наук. Прокуратура РФ начала полную проверку институтов РАН.
Во-первых, это проверка на предмет целевого использования площадей институтов. Такого рода проверка проходит уже вторую неделю в Уральском Отделении РАН, включая и мой Институт электрофизики УрО РАН, в котором я тружусь.
Могу сразу сказать, что у нас ничего не нашли и не найдут. Так как мы из принципа не сдавали, не сдаём, и не будем сдавать свои площади под непрофильные, то есть ненаучные нужды. Хотя жизнь нас била, как и всех остальных, и такой соблазн был, но мы выстояли, пройдя все испытания судьбы.
Кстати, совсем ещё недавно по закону сдавать площади было можно.
К сожалению, не могу поручиться за остальные институты. Скорей всего такие факты есть. «Кто ищет, тот всегда найдёт», как говорится. Интересен другой вопрос: почему сейчас и почему всё делается втихую? Если вспомнить ещё не закончившуюся историю про реформу РАН, то всё начинает вставать на круги своя. Очень возможно, что ищут компромат на академиков, чтобы потом при третьем чтении закона в Гос.Думе ткнуть им в лицо накопанным материалом и сказать: «вот видите, вы не совсем не теми делами занимаетесь в своей РАН, вас обязательно нужно прореформировать и освободить от тяжёлой ноши управления своим имуществом».
Во-вторых, ведётся полная финансовая проверка, хотя в прошлом году весь год нас проверяли Счётная палата РФ, пожарные, санэпидем станция, строители и другие органы. Были мелкие надуманные замечания, которые мы устранили. Но теперь этого оказалось мало. Понятно откуда «ноги растут» и органы всего лишь выполнят команду «фас», то есть найти «это» любой ценой.
В-третьих, проверяют штатное расписание и нахождение сотрудников на своих рабочих местах. И уже кое-кого «поймали», а вернее «не поймали» на рабочем месте. Хотя, приведу пример, не всегда сотрудник может оказаться на месте, так как отечественному научному сотруднику необходимо быть «мастером на все руки»: купить какой-либо материал или деталь для оборудования, так как у нас нет службы закупок, провести научные анализы в другом институте на их оборудовании, так как не всё оборудование может быть в ассортименте в данном конкретном институте и много-много других случаев можно привести. То есть типичный научный сотрудник это «и жнец, и кузнец, и на дуде игрец». Вот так!
Но органы такие обстоятельства не интересуют. Не интересует их и то, что управляют страной менеджеры, часто не знающие толка в отрасли которой они управляют.
А ведь от качества их управления зависят судьбы и жизни миллионов граждан.
Можно зайти на сайт правительства, министерств и лично в этом убедиться. Либо ознакомиться с подробностями в статье «Что рассказывают о себе и о чём умалчивают высокие российские чиновники».
Так там ли «копают»?
Тут уместно вспомнить ещё раз КОБ:
«В меру своего понимания мы работаем на себя, а в меру не понимания работаем на того, кто знает и понимает больше нас».
Так на кого же вы работаете, господа чиновники?
Считаю данное мероприятие, или правильнее сказать операцию, негосударственным подходом.
Может стоило вначале до данной «горе-реформы» разобраться получше и выяснить, что же нужно отечественной науке для более эффективной работы. А может проблема кроется в другом и мы так плохо с вами живём не потому, что мы плохо и мало работаем, а потому что нами плохо управляют?
Нужно добавить следующее, что полученные средства с аренды направляются на зарплаты сотрудникам, покупку и ремонт научного оборудования, проведение научных анализов.
Знаю это не по наслышке. Так почти каждый месяц приходится делать сотрудникам научных лабораторий. Собирать все «крохи» в кучу и решать, на что их направить: то ли на зарплату, то ли на оборудование, то ли на проведение анализов. Вроде бы всё необходимо делать, но выбрать нужно что-то одно, а порой выбора вообще нет. И оборудование нужно чинить и покупать, чтобы на чём-то проводить научные изыскания. И зарплату людям нужно платить, так как простой ставки не хватает и часто она у научного сотрудника поделена между двумя-тремя людьми, ведь штат академии неоднократно сокращали. И научные анализы необходимы, так как без представления того с чем имеешь дело сложно двигаться вперёд, иначе учёный превращается в «слепого котёнка».
Возникает вопрос, может стоит государству для начала помочь науке. Для этого нужно перво-наперво выработать чёткую и внятную политику в отношении отечественной науки, поставить перед ней цели и задачи, снабдить ресурсами, а потом уже спрашивать и проверять, а в случае неудач реформировать.
До сего же момента цель у науки была (и пока ещё остаётся) одна: выжить.
И с этой целью наука пока справляется. Однако возникает вопрос, а дальше ЧТО?
Ситуация непростая. Решать её необходимо уже сегодня. Вопрос только в том, кто это будет делать и какая у этих людей будет нравственность.
Если мы не хотим, чтобы решения принимали за нас, то необходимо прямо сейчас подключаться к общественным процессам и брать ответственность на себя за себя, свою семью, своё общество и государство. Сделать это можно лишь самостоятельно разобравшись в сути происходящего. Правильно осмыслив общий ход вещей.
Подтверждением моих слов может также служить мнение Петра Арсеева, пока ещё член-корреспондента Российской Академии Наук.
Вот его позиция (статью привожу полностью, все выделения текста жирным шрифтом мои):
В сообщениях о реорганизации академий неизменно повторяется примерно одна и та же фраза: «Реформа российской науки вообще и РАН в частности, безусловно, напрашивается».
А почему она безусловно напрашивается? От бесконечного повторения этот тезис кажется вам совершенно очевидным? Тогда посмотрите вокруг себя – разве не очевидно, что Земля, безусловно, плоская? Попробуйте объяснить, что Земля круглая, человеку, который никогда об этом не слышал и снимков из космоса не видел. А ведь это поняли и радиус Земли измерили без всяких снимков из космоса. Для этого надо разбить большой кусок поверхности Земли на треугольники и тщательно измерять углы треугольников в этой сетке. И вы увидите, по сумме углов треугольников, что эта сетка может быть нарисована только на шаре, а не на плоскости. Для того чтобы понять, что это доказательство того, что Земля круглая, надо всё-таки знать геометрию. Для того чтобы понять, что нужно менять в России в науке, надо хоть немного наукой заниматься.
Реформаторы из неудачников
Любая реформа, казалось бы, должна заключаться в том, чтобы сделать что-то лучше. Не надо, конечно, идеализировать работу РАН, но в академической системе было много преимуществ, прежде всего то, что она позволяла расти очень сильным учёным. Десятилетиями складывались научные школы, и эти школы были хорошо известны за рубежом. На Западе знали: наши доктора наук – это в большинстве случаев люди довольно высокого уровня. Да и не доктора наук устраивались за границей, как правило, легко. Так обстояло дело в математике, физике, да и в других естественных науках. А вот дипломы и степени наших юристов и экономистов на Западе не котировались. И, удивительное дело, теперь именно эти люди занимаются реформированием всей науки, включая физику и математику.
У журналистов и большей части населения, видимо, сложилось такое впечатление, что Академия наук настолько отстала и замшела, что пользуется приборами XIX века, что сотрудники академических институтов не могут работать на современном западном оборудовании.
Но, например, первые образцы графена (за который Андрей Гейм и Константин Новосёлов получили Нобелевскую премию) были сделаны в Институте физики твердого тела РАН в Черноголовке, а вовсе не на Западе, как, видимо, многие считают.
И академики – не все поголовно чиновники-администраторы, как принято повторять. Есть настоящие учёные, которые, однако, совершенно не интересны ни публике, ни журналистам: ведут себя тихо, чем занимаются – поди пойми. Есть много людей, искренне болеющих за науку и науку защищающих. Именно академики Эдуард Кругляков, Евгений Александров, Владимир Захаров в результате многолетней борьбы остановили такого деятеля, как Петрик.
РАН представляла собой вполне жизнеспособную систему для занятия наукой, в которой обучались и работали профессиональные сильные учёные. Хотя бы часть членов Академии (скажем, половина) выбирались не за административные посты, а за их достижения и научный уровень. И среди директоров институтов было много людей дельных, грамотных, хоть и не имеющих собственных научных достижений, но способных делать самолёты, ракеты, реакторы и многое другое.
Неэффективные бездельники?
Российские чиновники любят попрекать отечественных учёных-«бездельников» достижениями современной западной науки. Посмотрим, что у них? Вот открывают высокотемпературные сверхпроводники (ВТСП). Сотни, тысячи научных групп, даже те, кто никогда не занимался сверхпроводимостью, бросаются наперегонки что-то в них мерить. Появляется графен – опять все бегут им заниматься, как ненормальные. Это больше напоминает борьбу за спортивные достижения – очки, голы, секунды.
И почему-то мало кому приходит в голову, что эта активность показывает на самом деле, какое на Западе количество бездельников в науке. Вся эта работа наперегонки по модным направлениям означает, что у всех этих людей нет своей тематики, нет своих идей, нет своего интереса. Это и есть люди без своего дела в науке.
И с индексом цитирования не всё так просто. Да, на какие-то работы есть много ссылок, и это заслуженный результат, потому что это хорошие работы, содержащие новые идеи. А бывает по-другому. Например, электронный спектр графена был описан давным-давно, ещё когда исследовали свойства графита. Недавно, на «графеновой волне», этот спектр воспроизводится ещё раз в нескольких работах. Потом во всех современных статьях пишут: «как известно, спектр графена имеет вид…» – и ссылки на все работы, где этот спектр переписан. Поскольку статей о графене сотни и эта обойма ссылок кочует из статьи в статью, набирается огромный индекс цитирования у работ, в которых не сделано абсолютно ничего нового.
ВТСП были открыты в 1986 году. Написаны тысячи статей, индекс цитирования многих теоретических работ огромный. А ведь объяснения-то явлению ВТСП нет, теории на самом деле нет. Зачем же было выпущено это огромное число работ и что же означает их высокий индекс цитирования? Все так славно друг на друга поссылались, работа кипела – а что толку?! Для оценки какой-либо публикации человеку, знающему свою науку, совершенно не нужно знать индекс цитирования её авторов. Молодой человек, имеющий низкий уровень цитирования, может написать хорошую статью. Наоборот, человек с огромным индексом может написать проходную, необязательную статью, которую непонятно зачем печатать. Эксперт может и должен разбираться в сути дела, а не в формальных показателях. А вот чиновник может судить только по придуманным формальным показателям, суть его не интересует.
Молодёжь, на выход
Постоянно приводится такой печальный аргумент в пользу необходимости реформирования РАН: «В научных учреждениях РАН наблюдается «кадровая катастрофа»: более 40 процентов сотрудников научных учреждений – пенсионного возраста».
Но это ведь не Академия наук десятилетиями не платила зарплату сотрудникам, не РАН сделала невозможным покупку жилья молодыми людьми, не РАН заставляет уезжать учёных с плохим здоровьем, потому что на Западе они получат помощь, а здесь – нет, не РАН принимает законы, по которым почти невозможно купить на Западе оборудование, образцы, реактивы. Отъезд за границу определялся и определяется не злостным желанием руководства РАН истребить работающих сотрудников, а общей ситуацией в стране.
В институтах РАН почти 400 базовых кафедр, многие сотрудники преподают в различных институтах. Мы постоянно пытаемся обучать молодых людей для того, чтобы они оставались в науке. Но стипендия аспиранта – 3 тысячи рублей, зарплата младшего научного сотрудника – 12 тысяч. И они уходят. Уходят от бедности в банки, уезжают за границу от жизни в России – это что, всё вина «замшелой Академии»?!
После принятия нынешнего плана реформ, уедут почти все толковые выпускники вузов.
И о собственности
Распространены также аргументы о «неэффективном способе распределения ограниченных ресурсов» и «неэффективном использовании собственности».
Вот стоит институт, сидят люди, работают. В чём может заключаться повышение эффективности использования имущества? Всех выгнать, помещения сдать под офисы, магазины, банки?! Очень эффективно. На опытных полях и в заповедниках построить коттеджи – ещё более эффективно!
Посчитаем. РАН получила в 2012 году около 60 миллиардов рублей. Научных сотрудников – 50 тысяч человек. По 1 миллиону 200 тысяч на человека в год. На все. Коммунальные платежи, аренда, ремонт – как минимум половина. Остаётся 600 тысяч на человека в год «грязными». Если даже все их пустить на зарплату – за вычетом налогов получится около 34 тысяч в месяц «чистыми». Как на эти деньги ещё покупать оборудование, дорогие реактивы? Уже давным-давно денег еле хватает на небогатые зарплаты научных сотрудников.
Значит, речь идёт о неэффективном распоряжении копейками в масштабе общих денег «на науку». Копейками, потому что всего «на науку» было выделено больше 600 миллиардов рублей, как сообщил Владимир Путин на собрании РАН в прошлом году. На науку «гражданского назначения» – около 300 миллиардов. Но эти деньги потрачены Министерством науки и образования на работы, символом которых стал лот 2012 года на 90 миллионов рублей (!) по теме «Разработка технологии глубокой переработки тыквы для получения продуктов пищевого назначения», который выиграло нужное ЗАО. Все могут найти в сети, если только захотят, как проходят столь «эффективные» конкурсы Минобрнауки, какие дикие появляются лоты, увидят все эти непонятные ООО, ОАО и ЗАО, в которые в основном уходят деньги, выделенные «на науку».
Но даже при нищем финансировании новые современные установки в РАН покупались и используются для работы. А если бы те же деньги и льготы, которыми пользовалось «Сколково» (где не сделано практически ничего своего), шли в академические институты – вот тогда, в честной борьбе, мы бы и посмотрели, кто «эффективней».
Существует экспериментальный факт: там, где Михаилом Ковальчуком (директором Курчатовского центра, братом Юрия Ковальчука, товарища Владимира Путина по Санкт-Петербургу) было внедрено «новое» управление – в Курчатовском институте, Санкт-Петербургском институте ядерной физики, Институте теоретической и экспериментальной физики, – везде научная работа была остановлена, сотрудники бегут, количество состоятельных научных публикаций резко сократилось. Отказ Отделения физических наук РАН избрать Михаила Ковальчука директором Института кристаллографии РАН стал протестом против дальнейшего внедрения этих методов «эффективного управления». Ковальчук, очевидно, обиделся, и теперь эта модель насильно распространяется на всех.
«Освобождение учёных от забот о ЖКХ» – ещё более смехотворная идея: какие проблемы с ЖКХ, если есть деньги на оплату коммунальных платежей?! Что этот пункт означает: согласитесь на реформу – будут деньги на ремонт канализации, будете упрямиться – денег не дадим?
Вообще, обещание избавить от забот об имуществе – это всё равно, что отрезать ноги, чтобы избавить от забот об обуви.
Пишите чаще
Ещё одна абстрактная идея, возникшая в умах начальства, состоит в том, что наука должна делаться в университетах. Почему надо обезьянничать с не самой лучшей американской системы – никто объяснить не удосужился. В последние годы вливались колоссальные (по академическим меркам) деньги в программы типа «Наука в образовательных учреждениях». В результате многомиллионное оборудование стоит во многих местах нераспакованным или неотлаженным, а там, где оно условно работает, посадили на него студентов-аспирантов, которые зачастую не могут ничего толкового на нем сделать, в лучшем случае проводят рядовые неинтересные измерения. Тем, кто мог действительно по делу использовать современные установки, – не дали. Потому что они по большей части из РАН, а это противоречит руководящей идее. Недавно в МГУ объявили о 30-процентном сокращении научных сотрудников. Это, видимо, шаг на пути к небывалому расцвету науки в вузах?
А может быть, не надо гнаться за тупым увеличением числа публикаций? Может быть, много больше их пока и не надо? Может, государство платило нам в сто раз меньше, чем надо, а теперь, если, по словам министра Ливанова, стоимость возросла в десять раз, государство платит нам всего в десять раз меньше, чем нужно? Задача: если профессор в Германии, получая 4 тысячи евро в месяц (не самая высокая зарплата), пишет 6 статей в год, а наш заведующий лабораторией, доктор наук пишет 2 статьи, получая 18 тысяч рублей (420 евро), у кого меньше стоимость одной публикации и выше эффективность?
Чиновник понимает только формальные показатели, суть дела ему совершенно неинтересна. А эта гонка за увеличением числа публикаций вообще совершенно бессмысленна. Скажите, 5 статей в год лучше, чем 2? А 20 вместо 5 – ещё лучше? А 100 вместо 20 – безумно талантливый учёный? Кажется, даже человек, далёкий от науки, должен сообразить, что 100 статей – это перебор. Да даже 10 статей в год – чушь. Если статьи штампуются одна за другой, если публикация обдумывается человеком, потом что-то решается или меряется, написан текст и послан в печать всего за месяц – это статья ни о чём, её можно и не писать.
И, несмотря на это всё, количество публикаций сотрудников РАН всё равно составляет больше половины всех научных публикаций в России. Причём если оценивать «по валу», то по всем наукам доля публикаций из России составляет 2 процента от мирового числа публикаций, а по физике – 6 процентов! Но именно по физике и придётся основной удар «реформ».
Кто, кому и сколько
Министр образования и науки Ливанов заявил: «За последние годы государство увеличило ассигнования на фундаментальную науку примерно в 10 раз, но отдачи это, например, в росте числа публикаций научных статей не принесло. Публикаций больше не стало, выходит, стоимость публикаций выросла в десять раз». Вице-премьер Ольга Голодец приводит такие цифры: на содержание бюрократического аппарата РАН ежегодно выделяется порядка 6 миллиардов рублей, а в целом на исследования ежегодно тратится около 120 миллиардов рублей.
И министр Дмитрий Ливанов, и вице-премьер Ольга Голодец, мягко говоря, вводят людей в заблуждение, и это можно доказать цифрами. Журналисты, к сожалению, не дают себе труда разобраться в реальном положении дел и повторяют эти бессмысленные лозунги за ними вслед, приучая население воспринимать такие заявления как факт. Финансирование РАН незначительно росло примерно до середины прошлого десятилетия, но последние лет пять-шесть оно не увеличивалось, а в какие-то моменты падало. Максимальное финансирование составляет 60 миллиардов рублей в год, никакими 120 миллиардами и не пахнет. Эти цифры можно легко проверить, поэтому смелость Ливанова и Голодец вызывает восхищение.
Министр Ливанов заявил, что в задачи государства входит повышение престижа и оплаты профессии учёного, чтобы молодые люди видели перспективу своей работы в науке. Молодые люди теперь прекрасно видят, как относится государство к науке. В любой момент тебе могут плюнуть в лицо и лишить возможности работать. Какой престиж, какое уважение, когда такое радикальное решение, как реформа РАН, готовилось в тайне от всех учёных, даже от членов Совета по науке при правительстве. Если, по словам Ливанова, Академия (её научное сообщество) должна брать на себя экспертную роль в делах науки, то почему же в таком важном деле, как полная реформа науки в стране, об это «экспертное сообщество» просто вытерли ноги?
* * *
То, что здесь сказано в защиту академической организации науки, не означает, что в РАН не надо ничего модернизировать. Конечно, многие люди в руководстве Академии ведут себя часто не лучшим образом, и, прямо скажем, последнюю рубашку никто из президиума не отдаст, чтобы заплатить зарплату сотрудникам или купить оборудование. Но сейчас речь идёт о замене не самой лучшей системы управления на абсолютно провальную. Это похороны всего, что удавалось сохранять все эти годы, в чём я абсолютно уверен. Ясно, что речь идёт именно о захвате зданий и территорий Академии, все остальное – вранье для прикрытия.
Исключительная подлость состоит в том, что реформа была запланирована и проведена, как военная операция против врага. Со стороны это выглядит так: 50 тысяч научных сотрудников рассматриваются как неприятель, которого надо разбить во что бы то ни стало. Выбрано время, когда многие уезжают на конференции за границу и уходят в отпуск, соблюдена абсолютная секретность подготовки, не оставлено времени для обсуждения. И трогательный штрих – первоначальное предложение купить всех членов Академии 100 тысячами зарплаты, чтобы не дергались, чтобы лишних сил не тратить. Искреннее убеждение, что, кроме личного благополучия, больше никого ничего и не волнует. (Приходится сказать, зная Академию, что купленных людей будет много. Но всё-таки среди членов Академии до сих пор не все думают только о своих доходах.)
То, что буквально одним-двумя-тремя людьми в 140-миллионной стране практически тайно принимается решение о ликвидации Академии наук с трехсотлетней историей, – символ уничтожения всяких остатков здравого смысла в России. Фактически уничтожение науки и образования – это выбор пути: принято решение о том, что страна надолго остаётся сырьевой колонией, страной второстепенного, а то и третьестепенного значения.
Это национальная катастрофа, которая для журналистов и населения становится всего лишь новостью на час.
РАН - это последний независимый институт общества, который всегда мог сказать своё веское слово, не совпадающее с официальной позицией руководства страны.
РАН - это большой и лакомый кусок для определённого круга лиц, которые хотят на РАН нажиться, ведь это земля, имущество, оборудование и многое-многое другое. Но никто из них не видит главного, что РАН это, прежде всего, люди.
Реформу пытались провести быстро и без шума, но не получилось. Теперь академиков пытаются или запугать или купить. В общем, на каждого управу найти.
Потеря данного общественного института приведёт к плачевным последствиям для всего общества. Мы можем потерять страну в стратегическом плане, превратившись в сырьевую колонию не только де-юре, но и де-факто. Теперь наша общая задача сплотиться и отстоять этот рубеж. «Позади Москва, братцы!»
Друзья, пришла пора учиться думать самим, самим принимать решения, воплощать эти решения в жизнь и брать на себя ответственность за последствия их воплощения, иначе это сделает за нас кто-то другой!
Член совета РО Свердловской области
ВПП «Курсом Правды и Единения»
Лукьяшин Константин